"От Имени и по поручению"

( Калейдоскоп мнений )

    

    
Часть IX.

    

    

    

    

    

    

    

    

    

    

    
"Из халдеев в греки"

    

    ...По смерти [Кира] [529 г. до н.э.] (сноска 1) сын его Камбиз стал готовиться к обширной войне, намереваясь завоевать Египет, Эфиопию, Нубию и Карфаген. В виду предстоящей войны он не обращал никакого внимания на жалобы иудеев о том, что льготы, дарованные им его отцом, остаются неисполненными.

    Для того, чтобы обеспечить своим войскам свободный проход вдоль побережья Средиземного моря, через бывшую филистимскую землю, Камбиз счёл нужным заключить нечто вроде союза с жившими в этой земле идумеями. Эти южные соседи иудеев, став союзниками могучего персидского царя, могли конечно безнаказанно вредить иудейской общине. Последняя очутилась в том самом положении, в каком некогда были израильтяне после водворения своего в Ханаане. Клочёк земли, ими занятый, оспаривался у них соседними народцами, со всех сторон их теснившими. Но что они могли предпринять против этого? Для вооружённого сопротивления у них не было ни людей, ни оружия, ни денег.

    В этом небезопасном положении каждый из членов общины думал исключительно о себе, нимало не заботясь об общих интересах. Постройка храма была приостановлена. Влиятельные и богатые члены общины воздвигали для себя великолепные дома, повидимому из того самого материала, который был приготовлен для храма. К этому вскоре присоединился ряд неурожаев, длившихся несколько лет...

    Г. Грец. "История евреев", том 3, с. 74-75.

    

    

    

    Камбиз II

    

    

    

    

    ...Смерть Камбиза (521 г. до н.э.) и воцарение Дария, третьего персидского царя...привели также и к благоприятному повороту в судьбе иудеев. В противоположность своему предшественнику, Дарий, как и Кир, был государь мягкий и великодушный.

    Там же, с. 78.

    

    

    

    "Дарий"

    (Исторический роман).

    "АСТ", Астрель",

    "Транзиткнига"

    2004 г.

    Автор - В.П. Поротников

    

    ...В конце лета 520 г. до н.э. [пророк] Аггей обратился к Зерубабелю с повелением от Ягве оставить все сомнения и немедленно приступить к прерванным работам на горе Божией. Аггея поддержал другой пророк - Захария, видимо, как и Иезекииль, принадлежавший к духовенству.

    ...проповеди и воззвания укрепили решимость Зерубабеля и верховного священника. Они с новым рвением взялись за дело. Пророки сумели также "пробудить дух народа". Меньше чем через месяц стены уже начали расти.

    Оба пророка постоянно находились на стройке, убеждая народ не отступать, пока святилище не будет воссоздано.

    Э. Светлов. "Вестники Царства Божия", с. 419.

    

    ...Нелепое почитание чурбанов и культ грубого разврата иудеев больше не соблазняли. Но деморализация была. Эгоизм принимал омерзительные формы. Иудеи стали грубы в обращении со своими же братьями, прибегали к фальшивым мерам и весам и даже к открытым кражам, чтобы как-нибудь прожить день. Когда таких преступников приводили в суд, то они не останавливались и перед лжесвидетельством и лжеприсягой.

    Г. Грец. "История евреев", том 3, с. 75-76.

    

    ...Три иудея из Вавилонии, Хелем, Товия и Иедая, через особого посла, Иосию, сына Цефании, прислали в Иерусалим большую сумму денег золотом и серебром.

    Захарии было тогда свыше внушено взять у посла это золото и серебро и сделать из них корону. Её пророк должен был возложить на голову первосвященника, сделав его таким образом венчанным вождём народа и объявить ему, что он призван к великим делам.

    Там же, с. 83.

    

    ...Посланцы из Вавилонии привезли в дар Общине золото. Захария велел сделать из него две короны: одну - "сыну Давидову", другую - первосвященнику. Это должно было означать, что момент воцарения мессии вот-вот наступит, что "Побег", который по пророчеству Исайи, должен выйти из срубленного древа Израилева, уже распустил свои листья. Эта "Цема", Отрасль - не кто иной, как Зерубабель...

    Э. Светлов. "Вестники Царства Божия", с. 422.

    

    ...Постройка продолжалась четыре года (519-516 гг. до н.э.). Когда после многих препятствий и трудов храм был , наконец, окончен, представители общины приступили к его освещению, которое состоялось 23 адара, незадолго до праздника Пасхи.

    Г. Грец. "История евреев", том. 3, с. 87.

    

    ...Работа была закончена в поразительно короткий по тем временам срок.

    12 марта 515 г. до н.э. состоялось торжественное освещение Дома Божия, приуроченное к празднику Пасхи.

    Э. Светлов. "Вестники Царства Божия", с. 423.

    

    ...Новый храм имел своеобразное устройство. Храмовая гора (Har-ha-Bajith) или холм Мория занимал площадь в одну десятую часть географической мили (6 стадий 3/20 м) и была окружена каменной стеной. В этой стене было пять ворот, двое с юга, так как на этой стене был главный вход (ворота Хулды), и по одним из прочих трёх сторон. На восточной стороне, как сказано, ворота Сузы. Северные ворота были сделаны для одной симметрии, так-как с этой стороны никто в храм не входил.

    За этой главной высокой стеной была вторая, пониже, представлявшая собственно не стену, а решётчатую ограду (Soreg), которая препятствовала язычникам и нечистым проникнуть во внутренний двор храма, куда вход им был воспрещён. Эта ограда имела семь ворот: трое на северной, трое на южной и одни на восточной стороне; она разделяла площадь, занятую храмом, на два двора: наружный, между нею и стеной, и внутренний (Azarah). Последний был разделён на четыре части. Первая (Сhel) имела лишь десять локтей ширины; за ней поднималась терраса в 135 локтей длины и ширины, к которой с востока на запад вели 12 ступеней; это место было назначено для женщин, которые допускались в храм: его поэтому так и называли "притвором для женщин" (Ezrat - Naschim). Отсюда лестница в 15 ступеней вела к новой, ещё выше устроенной террасе, в 175 локтей длины от востока к западу и 135 ширины от юга к северу. На этой лестнице, расположенной полукругом, левиты совершали ежедневную службу, состоявшую в пении псалмов. Вторая терраса и представляла собственно внутренний двор и главный притвор храма; сюда допускались ещё миряне, но лишь на расстоянии 11 локтей от востока к западу и во всю ширину - 135 локтей; остальное пространство было предоставлено одним священникам. Северную часть этого притвора занимал каменный алтарь в 32 кв. локтя, а южную - бассейн для омовения аронидов. К западу от притвора была открытая паперть (Ulam), а позади неё, ещё далее к западу, самый Храм. Подобно старому храму, новый также представлял две неравные половины: переднюю в 40 локтей длины и 20 ширины, собственно святилище (Hechal), и заднюю в 20 кв. локтей, святая-святых (Kodesch - Kodaschim). Новый храм был только немного ниже и меньше объёмом, чем Соломонов.

    В святилище стоял, как в первом храме, на южной стороне золотой светильник, на северной обложенный золотом стол с 12 хлебами, которые каждую субботу меняли, и небольшой алтарь для курений, также обложенный золотом; святая-святых не заключали в себе ровно ничего. Ковчег завета с каменными скрижалями давно исчез.

    Г. Грец. "История евреев", т. 3, с. 88-90.

    

    ...К трём наружным сторонам храмового здания были пристроены трёхэтажные флигеля с кельями (Thaim); в притворах были устроены галереи и закрытые помещения.

    Там же, с. 90.

    

    ...библейское повествование о Зерубабеле обрывается. Известно, что после него персы больше не ставили "сынов Давидовых" правителями Иудеи.

    ...О периоде между 515 и 445 годами до н.э. Библия молчит.

    Э. Светлов. "Вестники Царства Божия", с. 423.

    

    ...Во главе общины стояло два лица, наместник Зерубавель, потомок царя Давида, и первосвященник Иешуа, потомок Арона. Один представлял светскую, другой духовную власть. Случаи вторжения одной власти в область другой были неизбежны. За Зерубавеля в таких случаях была почти вся иудейская масса, которая видела в нём потомка своих царей, человека, олицетворявшего не только великое прошлое народа, но и надежды на более светлое будущее, возвещённое всеми пророками. Хагай лишь незадолго до того называл его "избранником Бога", Его "перстнем-печатью". Но именно этим Зерубавель представлял известную опасность для общины. Враги её имели возможность обвинять её в том, что она замышляет отложиться от Персии и провозгласить Зерубавеля царём. К тому же старейшинам иудейским, дорожившим демократическим строем общины, какой бы то ни был царь был неудобен. С другой стороны, Захария пророчил, что корону будет носить первосвященник Иешуа, что он будет сидеть на троне и осуществлять мессианские пророчества...

    ...борьба возгорелась и распространилась на всю общину, часть которой стала на сторону наместника, а другая образовала партию первосвященника.

    ...Большинство иудеев мало-по-малу стало склоняться на сторону Иешуи, так что Зерубавелю в конце концов пришлось уступить и оставить свой пост.

    ...Он, по-видимому, оставил Иерусалим и вернулся в Вавилон...

    ...Дом Давида таким образом ушёл на задний план.

    ...Среди иудеев Вавилонии или Персии, которые особенно были приверженцами дома Давида...потомки Зерубавеля пользовались некоторой властью, как "князья изгнания" (Resch Golah, экзилархи), но в самой Иудее они уже не имели значимости.

    Г. Грец. "История евреев", том 3, с. 94-98.

    

    После Зерубабеля наместника в Иерусалим не назначили; провинция потеряла даже тень независимости, она подчинялась теперь правителю Самарии.

    Подавленные нуждой, налогами и отсутствием перспективы, иудеи влачили нищенское существование. Правда, бедность не была общим уделом: состоятельные члены общины сумели извлечь выгоду даже из трудностей. Не считаясь ни с чем, они продолжали обирать крестьян и наживаться путём ростовщичества. Многие земледельцы, будучи не в силах выплатить долги и подати, закладывали свои участки и даже продавали себя и родных в неволю...

    Э. Светлов. "Вестники Царства Божия", с. 429-430.

    

    ...обвинения начались вслед за смертью Дария со вступлением на престол его преемника Ксеркса (Ахашвороша, 485-484 гг. до н.э.).

    Враги иудеев, в особенности самаряне, усердно обращали внимание персов на вредный образ мыслей иудеев и тем вызывали со стороны персидского двора или со стороны сатрапов Сирии и Финикии враждебные распоряжения.

    Г. Грец. "История евреев", т. 3, с. 98-99.

    


    

    

    Ксеркс

    (Ахашворош)

    

    И даже мирные отношения с иноплеменниками таили в себе опасность. Среди переселенцев преобладали мужчины, поэтому вернувшись в Палестину, многие из них женились на язычницах. Их дети уже не знали родного языка и веры отцов. День ото дня народ обезличивался, таял, растворялся. В нём гасло национальное самосознание, иссякали энергия и религиозное рвение.

    Э. Светлов. "Вестники Царства Божия", с. 430.

    

    ...Селлин признаёт после Зоровавеля служение и миссию анонимных пророков. Очевидно, идеи народной жизни не могли заглохнуть. Правда, могут спросить нас о причинах прекращения пророчества вскоре после Зоровавеля.

    На этот вопрос нельзя дать положительного и определённого ответа, так как пророческий институт не был институтом, созданным поступательным движением жизни народа и условиями естественной истории. Принимая же во внимание теократическую точку зрения на предмет, решение вопроса о прекращении пророчества именно в тот, а не другой период времени нужно искать в предположении о завершении пророчеством своей должной миссии - в смысле подготовки народа к приходу ожидаемого Мессии.

    Василий Попов. "Возвращение иудеев из плена вавилонского и первые годы их жизни в Палестине до прибытия Ездры в Иерусалим (458 г. до н.э.)". Киев, Типография И.И. Горбунова, 1905, с. 407.

[Далее: Василий Попов. "Возвращение иудеев из плена вавилонского", с указ. стр.]

    

    ...Если в период по окончании строительства Храма иудея отпала от Персии и даже признала особого царя в лице Зоровавеля, то мог ли после этого Артаксеркс так благосклонно относиться к иудеям, как это мы видим из первой книги Ездры (VII глава) и Неемии (II глава)?

    Мог ли Артаксеркс послать очень богатые пожертвования в пользу храма того народа, который вместо благодарности за дарование ему свободы заплатил персидскому престолу политическим вероломством? И ещё менее, конечно, мог Артаксеркс позволить Неемии "обстроить город" (Неем. II, 5), на стенах которого недавно открыто поднималось знамя мятежа и бунта. А заречный pecha, контролю которого была подчинена Иудея, мог ли не заметить в провинции сильного возбуждения и политического брожения, клонившихся ко вреду Персии, когда от взора его не ускользает и сама постройка Храма (I Езд. V)?

    Там же, с. 408-409.

    

    Для нас в высшей степени было бы интересно знать последующую со времени окончания храма судьбу Зоровавеля и состоящего с ним рядом первосвященника Иисуса, как представителей национально-теократической жизни иудеев в послепленную эпоху их истории.

    Но к сожалению мы не имеем каких либо надёжных сведений к решению вопроса о судьбе как Зоровавеля, так - и Иисуса. "Тихо и беззвучно", по выражению одного из исследователей, эти личности сходят со сцены истории, источники ничего не говорят о их закате. Молчание источников нашло для себя язык в сагах позднейшего иудейского предания, говорящих, например, о возвращении Зоровавеля в Вавилон и постигшей его там смерти.

    Там же, с. 410.

    

    Персидский царь Ахашверош (т.е. Ксеркс I, царствовавший с 486-485 по 465 г. до н.э.)...приблизил к себе Гамана, злостного юдофоба, который не мог простить иудеям того, что они ему не поклоняются. Он представляет царю донос на евреев, что "уставы их отличны от уставов всех других народов, а указы царя они не исполняют", а посему Ахашверошу не стоит мириться с ними. Он советует царю издать указ об истреблении всех иудеев, молодых и старых, женщин и детей, в один день - 13 Адара. А чтобы Ахашверош не очень сожалел об истреблении его подданных, Гаман обещает внести в царскую казну десять тысяч талантов серебра. Царь, однако, в таком "восторге" от предложения Гамана, что великодушно отказывается от десяти тысяч талантов серебра. Он снимает свой перстень-печатку и надевает на палец Гамана, отдав ему полную власть вершить судьбу народа как ему заблагорассудится.

    Около года декрет остаётся в силе. Но не спит и не дремлет Щит Израиля! Иудеи ещё теснее сплачиваются вокруг своего вождя Мордехая, вокруг Торы, обращаясь к Б-гу постом и молитвой. И Б-г прислушивается к ним. Планы Гамана были расстроены и его самого повесили на той самой виселице, которую он уготовил праведному Мордехаю. Повешены были и десять его сыновей, а войско Персии и Мидии, готовое в назначенный день расправиться со всеми иудеями, было уничтожено. В центре всех событий стояла еврейская женщина Гадаса, она же Эстер, ставшая против своей воли женой царя Ахашвероша. Она, рискуя жизнью, выполняя поручение своего дяди Мордехая, уговорила царя пощадить её народ.

    "Еврейский календарь на 5750 год (1989-1990 гг.).

Нью-Йорк - Москва, "Еврейский информационный центр", 1989.

    

    

    

    Конрад Виц.

    "Эсфирь перед

    Артаксерксом

    (1434 -1435 гг.)

    

    

    

    ...Есть у евреев переходящий праздник "Пурим". Празднуется он весною, приблизительно за месяц до иудейской Пасхи, между 20 февраля и 25 марта. Евреи, живущие одиночно среди христиан, называют его "наше Благовещание". На самом же деле, праздник этот установлен в память "избавления евреев от Амана" в 475 году до Р.Х.

    Напомним вкратце событие, которое, к стыду нашему, мы заставляем своих детей изучать на уроках Закона Божия. Во времена Артаксеркса I (но Артаксеркс I пришёл к власти только в 465 году до н.э.) евреи настолько усилились в Персии, что стали представлять государственную опасность. Тогда один из персидских патриотов - Аман представил царю проект освобождения Персии от евреев. Узнав об этом, придворный поставщик, еврей Мордух, доставил царю в наложницы свою племянницу Эстерку, которая добилась от сластолюбивого деспота не только уничтожения, представленного Аманом проекта, но и казни самого Амана.

    А.С. Шмаков. "Международное тайное правительство".

М., 1912 (Глава "Каббала").

    

    Сначала откроем Библию, Книгу Есфири. ...В главе VIII, 4-5 (у нас III, 13) читаем о письме, посланном царём Артаксерксом (Ассуерос) ко всем губернаторам провинций: "... Аман объяснил нам, что во всех племенах вселенной замешался один враждебный народ по законам своим противный всякому народу, постоянно пренебрегающий царскими повелениями, дабы благоустроялось безукоризненно совершаемое нами соуправление".

    В своей книге Антисемитизм и мистерия Израиля Ф. Ловски цитирует тот же отрывок по Иерусалимской Библии: "Аман объявил нам, что есть один строптивый народ, распространённый посреди всех народов мира, в соответствии со своими законами враждебный всем народам и всегда презирающий царские порядки вплоть до того, что становится препятствием для правительства, перед которым он ответственен за всеобщее благо". И он продолжает далее, всегда придерживаясь Библии: "Узнав, что один только этот народ всегда противится всякому человеку, ведёт образ жизни, чуждый законам, и противясь нашим действиям, совершает величайшие злодеяния, чтобы царство наше не достигло благосостояния, мы повелели... всех... всецело истребить, чтобы... эти люди... не препятствовали нам в последующее время проводить жизнь мирно и безмятежно до конца" (Книга Есфири, XIII 4-7).

    Леон де Понсэн. "Иудаизм и Ватикан. Попытка подрывной деятельности в духовной сфере". М., "Самотёка", МИД "Осознание", 2017, с. 82-83.

[Далее: Леон де Понсэн. "Иудаизм и Ватикан", с указ. cтр.]

    

    ...если мы всмотримся в самый характер просьбы Амана и другие частные замечания книги Есфирь, то увидим, что данное распоряжение об истреблении иудеев имело отношение лишь к иудеям, жившим среди других народов, а не иудеям палестинским, теперь уже образовавшим особую иудейскую провинцию, и жившим сравнительно изолированно от соседей и сконцентрированно. В просьбе своей к царь Аман говорит: "есть народ, разбросанный между народами по всем областям" (III, 8), делается замечание о сетовании на иудеев в тех областях "куда только доходило повеление царя" (IV, 3). Очевидно данное событие касалось лишь Суз и иудеев рассеяния в провинциях, а не иудеев Палестины. Сохранилось замечание о небезпрепятственном введении в Палестине праздника Пурим, установленного по случаю отмены грозного указа Ксеркса об истреблении иудеев и выхода обратного распоряжения о гибели врагов иудеев.

    Иерусалимский талмуд в трактате Megilla передаёт между прочим: "...contra institutionem festi Purim per Estheram et Mardocheum 85 seniores, quorum plures quam 30 erant prophetae, cavillabantur ut novaturientem contra legem" (Gemar. Hieros. Megilla, fol 70, цит. по Schegg, Biblische Archaologie. S 595). "это замечание ясно говорит за то, что палестинские иудеи не подвергались опасности сравнительно со своими "рассеянными" собратьями в 12 год правления Ксеркса...

    Василий Попов. "Возвращение иудеев из плена вавилонского", с. 388-389.

    

    ...Достойно, впрочем, внимания, что ни Эздра, ни Неемия о Мардохее и Эсфири не упоминают вовсе...

    А.С. Шмаков. "Свобода и евреи". М., Городская типография, 1906, с. 108.

[Далее: А.С. Шмаков. "Свобода и евреи", с указ. стр.]

    

    Датировка Книги Эсфири неясна, она могла быть создана в период от эпохи Ахеменидов (V век до н.э.) до эпохи Селевкидов (II век до н.э.).

    "Антология Аггады, том II, с.82

    


    

    

    Поздравление с праздником

    Пурим

    

    ...Пурим - весёлый праздник - карнавал. Мы надеваем маски и красочные костюмы.

    Мы едим хаменташен, пирожные в форме амановых ушей...

    Мирьям Шлейн. "Пурим" (статья была помещена под рубрикой "Для самых маленьких").

Журнал "Вестник еврейской культуры" ("ВЕК"), без номера (март-апрель 1989 года). Издавался латвийским "Молодёжным рекламно-информационным агенством Инф А", с. 55.

    

    После того, как остриг Аман Мордехаю волосы, облачился Мордехай в царские одежды.

    Сказал ему Аман:

    - Поднимайся и садись на коня.

    - Не могу, от многодневного поста истощились силы мои.

    Наклонился Аман и подставил спину свою. И поднялся Мордехай, наступив на него, и пнул его.

    Воскликнул Аман:

    -Разве не написано в ваших книгах: "Падению врага твоего не радуйся" (Прит. 24:17)?

    -Это относится только к врагам - евреям, а про вас написано: "А ты будешь попирать высоты их" (Втор. 33:29).

    ...Когда проводил Аман Мордехая мимо своего дома, увидела их дочь Амана, стоявшая на крыше. И подумала она: "Верхом мой отец, а перед ним идёт Мордехай".

    Взяла она ночной горшок и вылила его содержимое на голову пешего. Поднял Аман глаза, и увидела она, что это отец её, и бросилась с крыши на землю, и разбилась.

    Вавилонский Талмуд, трактат Мегилла, 16А. Цит. по: "Вавилонский Талмуд. Антология Аггады с толкованиями раввина Адина Эвен Исраэля (Штейнзальца), том II.

Иерусалим - Москва, Институт изучения иудаизма в СНГ, Израильский институт талмудических публикаций, 2004, с. 89-90.

    

    В 1898 году Селлин выпустил в свет труд под следующим заглавием: "Serubbabel: Ein Beitrag zur Geschichte der messianischen Erwartung des Iudentums". В этом труде он знакомит библеистов с предлагаемой им гипотезой, вносящей свет в Saeculum obscurum иудейской истории - от 6 года правления Дария до прихода Ездры в Иерусалим, а уже как можно судить по самому заглавию данного труда, в этот опускаемый историками период главное значение принадлежит, по Селлину, Зоровавелю, стоявшему в таком или ином отношении к мессианским чаяниям современной ему иудейской общины. Это предположение оправдывается и содержанием самой книги "Serubbabel" Рассматривая движение мессианских надежд в иудейской общине в начале послепленного периода, Селлин приходит к заключению об особенной интенсивности этих надежд в данное время и их политическом характере; своего высшего напряжения иудейские ожидания достигли при окончании постройки храма.

    По сооружении храма haggola, благодаря агитации пророков, поставила Зоровавеля царём (S. 6. 45. 46); персидский двор узнал об этой измене, и Зоровавель был казнён; Иерусалим, как мятежный город, опустошён, а храм осквернён (S. 6. 58. 61). Словом, над Иудеей по окончании строительства храма разразилась страшная катастрофа, похоронившая под собой всё священное haggola (S. 45). Вот почему иудейский историк с ужасом отвращается от этого мрачного по своим событиям периода иудейской истории и обходит его таинственным молчанием.

    Василий Попов. "Возвращение иудеев из плена вавилонского", с. 388-390.

    

    

    

    Иерусалимские

    ортодоксы

    празднуют Пурим

    (наши дни)

    

    

    Везде, где обосновывались евреи, где со временем иссякал их настрой защищать свою свободу и независимость, наблюдается рост антисемитизма или, скорее, антииудаизма, так как термин "антисемитизм" является неверным, - он лишь в наше время обрёл некий смысл. "Если бы эта вражда, это отвращение к евреям появилось лишь однажды, в какой-то одной стране, то было бы легко списать это чувство на причины чисто местного характера. Но эта раса была предметом ненависти всех народов, среди которых ей удалось обосноваться. Так как является фактом, что враги евреев принадлежат к различным расам, что они проживали на территориях крайне удалённых друг от друга, имели разные законы и жили, зачастую, по совершенно разным принципам, что у них не было общих обычаев, и они обладали разными характерами, то они, следовательно, не могли иметь одинаковых суждений по какому-либо предмету. Из этого следует, что основные причины антисемитизма должны были корениться в самом Израиле, а не в тех, кто ему противостоял" (Бернард Лазар. "Антисемитизм", с. 78).

    ...Они не приемлют тишину. Для них невыносимо потеряться в болоте оцепенения. Повсюду они с нескончаемым упрямством отвергали середину. Волочащиеся из плена в плен, выпроваживаемые из ссылки в ссылку - им был навязан данный антураж, либо же они сами его выбрали по доброй воле...(Элия Фор. "Еврейский вопрос").

    Леон де Понсэн. "Иудаизм и Ватикан", с. 93-95.

    

    ...В Вавилоне осталось, как мы видели, довольно большое число изгнанников, которые из материальных или личных побуждений не могли возвратиться в Иудею. Но они тем не менее были всей душой привязаны к Иерусалиму и к маленькой иудейской общине, в судьбах которой они принимали деятельное участие. Даже те из них, которые до самого конца изгнания придерживались идолопоклонничества, окончательно отреклись от него и стали ревностными поклонниками Иеговы и национального вероучения. Ведь их соединяла тесная связь с теми, которые вернулись на родину, именно родственная. Поэтому поддерживались сношения между метрополией и, если можно так выразиться, иудейской колонией на берегах Евфрата. Иерусалимцы совершали путешествия к своим единоверцам в изгнании, как назывались вавилонские иудеи, чтобы жаловаться им на положение дел на родине и искать у них помощи; вавилонские евреи часто шли в Иерусалим, чтобы восхищаться храмом и доставлять ему пожертвования. Когда иудеи попадали в плен или рабство, то вавилонские братья их не щадили жертв и трудов, чтобы выкупить их и вернуть им свободу. Будучи в большинстве людьми очень богатыми, так как обширная персидская империя представляла широкое поле для предприимчивости, они имели полную возможность оказывать своим единоверцам большую поддержку. Когда Суза стала резиденцией персидских царей, а Вавилон потерял своё прежнее значение крупного политического и торгового центра, многие члены вавилонско-иудейской общины перешли в Персию и поселились в Сузе, образовав и здесь довольно значительную общину. Четвёртый персидский царь Артаксеркс I [464-423 гг. до н.э.] (сноска 2), покровительствовал им в такой же мере, как его дед, Дарий. Один Иудей Нехемия, своей красотой и мудростью достиг при его дворе влиятельного положения, на весьма важном посту царского виночерпия. Артаксеркс и его главная жена, Дамаспия, были чрезвычайно расположены к нему и исполняли всякое его желание, во время и в угодливой форме выраженное. Благодаря ему и некоторым другим иудеям, также пользовавшимися благосклонностью царя, персидская и вавилонская общины достигли весьма благоприятного положения.

    Эти иудеи всеми мерами старались сохранить свои отличительные черты и свой национальный характер. Обособившись от окружающего мира, они вступали в браки исключительно со своими и руководствовались в жизни традиционным учением. Именно потому, что им приходилось жить в чужой среде, вдали от родины, они сделали всё для того, чтобы остаться иудеями; они строго исполняли предписания своей религии, на которую смотрели как на крепкие узы, связавшие их в одно национальное целое. Жертв они во всяком случае не могли приносить, и точно также не могли соблюдать предписания, имевшие прямое отношение к Храму. С тем большим усердием они соблюдали все прочие законы и обряды: субботу, праздники , обрезание и предписания о пище. У них без сомнения были и свои молитвенные дома, в которых они по временам собирались для богослужения. Даже еврейский язык не был им чужд, и он служил средством общения между ними. Но откуда они могли его узнать? Из своей литературы, которую они тем усерднее изучали, чтобы регулировать по ней всю свою духовную жизнь, весь свой религиозно-нравственный обиход.

    Поэтому особенное значение получила теперь та часть литературы, которая до того находилась в пренебрежении, именно Тора с её законами. Прежде, в эпоху изгнания, читали почти одних пророков, которые больше отвечали требованиям того времени; речи пророков служили изгнанникам утешением в их несчастьях, ободряли их и возбуждали в них надежды на лучшее будущее. После же изгнания, когда требовалось утвердить национальный образ мыслей и жизни на первый план выступила Тора. Моисеево законодательство, которое на родине его так долго было в пренебрежении, таким образом только на чужбине получило впервые полное признание и применение. В самой Иудее, например, субботний отдых далеко не так строго соблюдался, как в Вавилоне и Сузе. Хотя склонность к такому направлению была общая в этом кругу, однако лишь немногие преследовали его. Это рвение к Торе или, точнее, к неукоснительному исполнению изложенных в ней законов нашло своё самое яркое воплощение в лице Эзры. Этот человек на своих, можно сказать, плечах вынес тот поворот в истории иудеев, о котором мы выше говорили, дав ей новый характер и указав ей новые пути...

    ...По своему происхождению Эзра был как раз тот человек, который скорее всякого другого мог стать инициатором нового движения. Он был потомком первосвященников: - его предок Хилкия открыл в первом иерусалимском храме свиток Второзакония...

    Г. Грец. "История евреев, том 3, с. 104-106.

    

    

    

    Гробница Артаксеркса I.

    Источник в интернете:

    http://forum.awd.ru/viewtopic.php?

    f=1449&t=206057&start=60

    

    В не столь давние времена доктор Рудинеску смог сформулировать следующее "Судьба еврейского народа историку представляется феноменом парадоксальным, невероятным и почти недоступным пониманию. Она уникальна и в истории человечества аналогов не имеет". (Доктор Рудинеску. "Несчастье Израиля", с. 7). "В целом история еврейского народа уникальна и в мире не имеет аналогов. Даже сегодня она представляет неразрешимую загадку для социологов, философов и историков. Каждая культура оригинальна, но еврейская культура - производная еврейской истории абсолютно исключительна" (Даниэль Пасманик. "Что такое иудаизм". с. 83).

    "Еврейский народ - единственный из всех народов мира - в течение двух тысяч лет существовал без исторической родины, без государства, без страны, без нормальной экономики, без принуждающей центральной власти. Многие века он был высмеиваем другими народами, под их игом он терпел унижения и гонения и, несмотря на всё это, он остался нетронутым. Наверняка это одна из самых больших загадок, которую можно объяснить лишь тезисом о богоизбранном народе. Останется ли он таким всегда - это другой вопрос. Со своей стороны мы убеждены, что национальные ценности не могут сохраняться бесконечно без национального достоинства..." (Даниэль Пасманик, там же, с. 73).

    Леон де Понсэн. "Иудаизм и Ватикан", с. 50.

    

    "Народ Израиля занимает в истории особое место, поскольку одновременно является и религией и нацией. Два этих фактора совершенно неразделимы, чего не встретишь ни у какого другого народа. Очевидно, Израиль это раса, но не в биологическом смысле, как понятие расы утверждают расисты, но в смысле этическом и историческом" (Йошуа Йехуда. "Антисемитизм - зеркало мира", с. 209).

    В своей книге об иудаизме в Палестине, о. Бонсирвен (Орден Иезуитов), настаивает на том, что в еврейской религии есть расовый аспект: "Еврейский национализм... существует. Он пылкий и бескомпромиссный. Он принимает форму национальной или, более точно, расовой религии. На первый взгляд, подобное его выражение лишено смысла, так как воедино связываются два термина и две концепции, полярно противоположные друг другу: религия наднациональна и универсальна, а нация и раса подразумевают эксклюзивизм. Таков фундаментальный парадокс - определяющий - который содержит в себе иудаизм (о. Бонсирвен. "Палестинский иудаизм во времена Иисуса Христа").

    Там же, с. 50-51.

    

    Наум Гольдман, президент Всемирнрой Сионистской организации, в 1961 году заявил: "Совершенно нежелательно определять еврейский народ как расовую или религиозную общность, либо как культурную или национальную единицу. Его уникальная история создала феномен уникального коллектива, для которого неприменим ни один из терминов, используемых в различных языках для описания человеческих групп. В расчёт принимается следующее: еврей мыслит себя как составную часть иудаизма, а то как определяют еврейский народ - безразлично" (Цитируется по Раби, "Анатомия французского иудаизма", с. 304).

    ...два писателя не еврея, один швейцарец, придерживающийся независимых взглядов, другой - Ж. Мадоль, симпатизант евреев, независимо друг от друга приходят к одному выводу, что единство еврейского народа происходит не столько из идеи расы, нации или религии, сколько, в сущности из общих религиозных обычаев: "Разница между иудаизмом и любой другой современной религией не является вопросом количественным, эта разница фундаментальная и парадоксальная. Речь идёт не о национальной религии, а о религии национальности" (Г. Бато. "Еврейский вопрос", с. 69). "Какова объективная основа еврейской национальности? С одной стороны, её нельзя определить как основу чисто религиозной природы, поскольку огромное число евреев уже не следуют своей религии. А с другой стороны, прочие религии не создают какого бы то ни было атрибута национальности. Но если бы у евреев как у всех других народов религия и национальность были совершенно разделены, то как тогда объяснить их странную национальность, не привязанную ни к какой территории? В противоположность другим национальностям она основывается на общем прошлом, на общих традициях, религиозных по происхождению" (Ж. Мадоль. "Евреи и современный мир", с. 153).

    Там же, с. 51-52.

    

    "Философия еврея была проста... так как в его распоряжении есть некоторое количество лет, которое ему ассигновано, то он хочет их потратить. И он требует не морального удовлетворения, а материальных благ, чтобы украсить и сделать комфортным своё бытие. Так как никакого рая не было, то за свою верность и набожность он мог рассчитывать получить от Бога лишь осязаемые милости. Не какие-то смутные обещания, пригодные для тех, кто ищет потустороннее, но осязаемые результаты, благодаря которым возрастает богатство и благосостояние..." (Бернар Лазар. "Антисемитизм", с. 278-279).

    Там же, с. 87.

    

    "Вы прежде всего народ ревнивый. Вот ваша верность и, в то же время, ваша неверность, вот ваше проклятие... Это вы требовали у Бога не обращать внимания на другие народы, отвергать всех других своих чад. Всё или ничего - вот был ваш девиз, но не его. Тиранические создания - вы хотели, чтобы он был только ваш. Под предлогом сделать его вашим единственным Господом, вашим единственным Владыкой, вашим единственным Царём вы непрестанно трудились над тем, чтобы низвести его до своего уровня, чтобы подчинить его, сделать его рабом и инструментом вашей национальной экспансии... Ничто не могло быть менее великодушным и более собственническим, чем ваша любовь к Богу... Сказать проще - вы хотели быть как он, заменить его собой, занять его место. Не меньше! Делить Бога с другими было для вас неприемлемо. Столь же нетерпимо было для вас ваше с ним неравенство, ваше более низкое положение по отношению к нему. Почему ему полагалось всё, а вам ничего? Почему он всемогущ, а вы бессильны? Почему он в любой момент может забрать у вас всё, что вам принадлежит, жён, мать, сестёр, дочерей, стада, земли, а вам останется лишь склониться перед его волей? Это несправедливо - восклицаете вы. Это не отношения двух равных, это рабство. Это не договор, это диктатура... И тогда в вашей душе, из глубин коллективного бессознательного родится нечто, куда ни один человек не посмеет сунуться на ночь глядя - чудовищная, неблаговидная мечта заставить Бога куда-нибудь каким-либо образом исчезнуть и самим встать на его место. У вас не заняло много времени превращение из Адама в Каина и убийство Авеля - лучшего из вас, того, чья жертва была принята... Всецело провозглашая во вселенной единого Бога, евреи упрямо стремятся этим Богом овладеть и заставить его служить их нуждам, а также исключить из Завета всех остальных..." (Ф. Фейтё. "Бог и его Жид", с. 104-109).

    Там же, с. 62-63.

    

    ...Знал ли Эзра, что в самой Иудее народ довольно небрежно исполнял закон и думал ли он своей поездкой в Иерусалим и своей деятельностью в нём побудить народ к более строгому его исполнению? Или же он просто следовал внушению своего сердца, которое тянуло его в священный город, где он мог исполнить и те предписания Торы, которые связаны с пребыванием в храме и жертвоприношениями? Какими бы мотивами Эзра в данном случае ни руководствовался, не подлежит сомнению, что своим переселением в Иерусалим он положил начало повороту в истории иудейской общины. Приняв это решение он сообщил о нём тем единомышленникам своим, которые готовы были следовать за ним. Этих людей оказалось довольно большое число, свыше 1600 человек, не считая их жён и детей. Это были большей частью представители видных иудейских семей, оставшихся в изгнании, в том числе, между прочим правнук Зерубавеля, потомок царя Давида. Те же из приверженцев Эзры, которые не могли вместе с ним переселиться, снабдили его большими суммами и сверх того вручили ему серебро, золото и дорогие сосуды для иерусалимского храма. Удивительнее всего, что сам Артаксеркс (Longimanus) также принёс Эзре дары для иудейского храма, а его примеру последовали его сановники и другие персидские вельможи.

    ...Артаксеркс не только разрешил Эзре и его товарищам переселиться в Иерусалим, но и дал ему письма к сотрапам тех областей, через которые лежал его путь и к палестинским наместникам; он дал бы также конвой для защиты переселенцев в пути от разбойничьих нападений, если бы Эзра просил его об этом, но Эзра не пожелал этого, уверяя царя, что сам Бог будет охранять его в пути от опасностей.

    Товарищам своим Эзра предложил сойтись в назначенном им сборном пункте. Когда они собрались туда, именно у неизвестной реки Агавы (в Персии?) он потребовал от них доказательств, что они происходят из чисто иудейских левитских или аронидских семейств. К крайнему его удивлению среди переселенцев не оказалось ни одного левита. Не потому ли не решались последние переселиться в Иерусалим, что они при храме могли занять лишь второстепенное положение и быть в строгом подчинении у аронидов? Эзра считал, однако, необходимым иметь в своей среде и некоторое число левитов. Он отправил поэтому депутацию из двадцати переселенцев к одному знатному иудею, по имени Идо, жившему в Касифии (?) с просьбой, чтобы он со своей стороны побудил живших в этом городе левитов присоединиться к нему. Посольство это достигло своей цели, вернулись на сборный пункт с двумя или тремя левитскими старейшинами, их сыновьями и родственниками, и сверх того со 120 бывшими храмовыми рабами (нетиним). Эзра, по видимому имел в виду уравнять левитов в правах с аронидами; он хотел, чтобы исполняя при храме службу, отличную от службы аронидов, левиты в самой общине занимали такое же положение, как они...

    ...Прибытие Эзры во главе нескольких тысяч человек в Иерусалим (459-458 гг. до н.э.) должно было обратить на себя внимание всей иудейской столицы. Эти люди явились нагруженные всяким добром и с рекомендациями от самого царя. Слава Эзры знатока и толкователя закона, без сомнения дошла уже до Иудеи и его поэтому приняли с большими почестями. Всех интересовал вопрос, подчинится ли он и пришедшие с ним старым порядкам или же они заведут новые. Первым шагом Эзры в Иерусалиме была молчаливая манифестация по адресу первосвященника Элиашива, сына Иоакима. Привезённое серебро и золото он приказал вручить не ему, а одному из его подчинённых, арониду Меремоту, из семьи Ha-koz, и ещё трём другим лицам, одному арониду и двум левитам...

    Г. Грец. "История евреев", том 3, с. 107-110.

    

    Человек железной воли, неукратимый и настойчивый, как Кальвин или протопоп Аввакум, он (Эзра) замышляет совершить полный переворот в Общине. Перед ним были Тора и жизнь народа; они находились в противоречии. Тору дал Моисей и , следовательно, - Бог; значит, нужно будет перекроить народ в соответствии с Торой.

    Э. Светлов. "Вестники Царства Божия", с. 436.

    

    ...Строго верующие, осуждающие смешанные браки с соседними народами и в особенности с моавитянами и аммонитянами, обратились к нему с соответственной жалобой. Эзра, ничего об этом не знавший, пришёл в ужас. Он сначала и верить не хотел, чтобы представители избранного народа и даже священнослужители могли дойти до такого издевательства над законом, как вступление в родство с язычниками. Он считал эти браки величайшим грехом. Для него израильский народ представлял "священное наследие", смешение которого с иноплеменниками, хотя бы отказавшимися от идолопоклонства равносильно осквернению святыни. По его толкованию закона, язычники, перешедшие в иудейскую веру, могут быть приняты в общину, но должны образовать в ней свою отдельную группу. С прозелитами из язычников следовало, по его мнению, поступать так, как с бывшими гивеонитами, храмовыми рабами, которые свыше тысячи лет тому назад приняли иудейскую веру и были включены в Иерусалимскую общину, но тем не менее продолжали жить в ней изолированно и не могли вступать в браки с иудеями. Полного смешения иудеев с инородцами Эзра не допускал...

    Г. Грец. "История евреев", том 3, с.110.

    

    ...В великом горе по поводу того, что он считал ужасным грехом, он разорвал свои одежды, рвал свои волосы с головы и из бороды и до вечера сидел в глубоком трауре, не принимая пищи. После этого он отправился в храм и коленопреклоненный обратился к Богу с покаянием в грехах и с жалобой на народ, который, не будучи научен жестокими ударами, лишь недавно его постигшими, опять впал в старые свои грехи...

    Там же, с. 111.

    

    ...Эта прочувственная исповедь, сопровождаемая громкими рыданиями,стоявшего на коленях книжника, произвела столь сильное впечатление на собравшихся мужчин, женщин и детей, что они все зарыдали и покаялись вместе с ним. Один человек из толпы (Шехания из фамилии Елам), сильно всзволнованный, обратился к присутствующим с речью: "Велик наш грех, говорил он, - но есть средство искупить его и предотвратить его последствия: заключим между собой союз о том, чтобы отпустить иноплеменных жён и удалить из общины рождённых от них детей!" Шехания тут же предложил Эзре взять это дело в свои руки, так как он один, со своим авторитетом, мог бы его осуществить. Это предложение, по видимому, пришлось Эзре по душе.

    Он встал и, обратившись к присутствующим в храме, потребовал, чтобы те из них, у кого были иноплемённые жёны, тут же поклялись ему именем Иеговы, что они разойдутся с ними и удалят их детей.

    Там же, на той же стр.

    

    ...Оставив своих жён они всенародно покаялись в том, что совершили тяжёлый грех, и во искупление его принесли очистительную жертву. Их примеру последовали священнослужители из аронидов и левитов, а за ними и миряне, жившие в Иерусалиме. Не так легко пошло дело вне столицы. Иудеи, жившие в городах и сёлах в непосредственном соседстве с другими народами, опасаясь, что если они бросят своих жён, дочерей этих соседей, то навлекут на себя их гнев и мщение. Но в конце концов и они должны были покориться. Комитет старейшин, приводивший в исполнение закон, объявил через глашатаев в городах и сёлах, что все иудеи, женатые на иноплеменницах должны, под страхом конфискации их имущества и изгнания из общин, явиться в трёхдневный срок в Иерусалим. В виду такой угрозы, распоряжению подчинились все без исключения...

    ...После сбора винограда и окончания полевых работ [кислёв (ноябрь) 458 г. до н.э.] провинциальные жители явились в Иерусалим и собрались на обширной храмовой плошади. Эзра обратился к ним с речью, в которой указал на тяжкий грех, ими совершённый и потребовал, чтобы они поклялись и отлучили себя от иных народов и иноплемённых жён. Собрание громко отвечало: "Мы исполним всё, что ты потребуешь". Но при этом указали на то, что в виду дождливого времени года, они не могут оставаться в столице до исполнения этого обязательства. Тогда было сделано предложение, немедленно принятое всем собранием, о назначении особой исполнительной комиссии, которая должна была довести дело до конца. Эзра сам избрал членов комиссии, которая и исполнила порученное ей дело в три месяца (от тевета до адара 457 г. до н.э.). Собрав сведения о всех иудеях, состоявших в смешанных браках, комиссия поочерёдно вызывала их в Иерусалим, где каждый из них должен был заявить о своём разводе и, вероятно, также принести очистительную жертву и исповедоваться в своих грехах. Для удостоверения в том, что развод действительно состоялся, вместе с жителями каждого данного места обязаны были явиться в Иерусалим, в качестве официальных свидетелей, местные старейшины или судьи.

    Требование Эзры таким образом было приведено в исполнение, хотя, вероятно, не без исключений.

    Там же, с. 112-113.

    

    ...Было ли у этих непокорных конфисковано имущество и подверглись ли они действительно изгнанию из общины, осталось неизвестным.

    Там же, с. 113-114.

    

    Сколько бы пророки ни возвышали голос против"женитьбы на дочерях чужих богов", неразборчивых израильтян это не отпугивало…

    Цитата приводится в книге Георгия Катюка «Израиль, которого не было или подлинная история еврейского народа». М., «Алгоритм», 2014.

Цит по: Интернет. www.bulgari-istoria-2010.com/booksRu/A_Kiestler_13_koleno.pdf

    

    

    

    "Если ж вы еврей

    ехидный,

    если это вам

    завидно..."

    

    ...Стена, воздвигнутая Эзрой даже против тех иноплеменников, которые искренно уверовали в Израильского бога и вполне слились с иудеями, привела их в ярость.

    ...Нет вражды сильнее той, которая вызвана грубо отвергнутой любовью. Слёзы их дочерей и сестёр, брошенных мужьями, вид детей, от которых отреклись их родные отцы, только ещё более озлобляли соседей иудеев. К несчастью для последних, во граве исключённых из иудейской общины стояли тогда люди весьма энергичные и предприимчивые: Санвалат и Товия.

    Г. Грец. История евреев, том 3, с. 114.

    

    ...Попытки к примирению, которые, без сомнения были сделаны, окончились полной неудачей. Отвергнутые соседи открыли тогда враждебные действия. Подробностей об этой маленькой войне не сохранилось...

    ...[она] продолжалась около 14 лет (457-444 гг. до н.э.) и окончилась полным поражением иудеев. Эзра не был воином, он мог молиться, учить и проповедовать...

    ...дело дошло до открытого нападения на Иерусалим...

    ...Самаряне пробили бреши в стенах Иерусалима, сожгли его деревянные ворота и, ворвавшись в город, предали большую часть его огню. Иудейская столица снова превратилась в груду развалин. Храм самаряне, однако, пощадили: он и для них был святыней...

    Большая часть жителей Иерусалима, лишённого стен, покинула его и переселилась туда, где она могла найти приют. Арониды и левиты, не надеясь более на получение десятины, ушли из храма и стали искать новых средств к существованию.

    ...Что в это время делали Эзра и его единомышленники и где они тогда находились? Никаких сведений об этом не сохранилось. Многие аристократические семьи заключили мир с соседями, вновь сошлись со своими брошенными жёнами и, чтобы обеспечить этот мир, по видимому клятвенно обязались соблюдать его...

    Там же, с. 116-117.

    

    [Описывая деятельности Эзры, Э. Светлов (А. Мень) в своей книге "Вестники Царства Божия" вовсе не упоминает о его первом посещении Иерусалима, приведшим к столь печальным последствиям (459 - 444 гг. до н.э.). События, связанные с разрушением стен и ворот Иерусалима, в его изложении выглядят иначе (сост.)]:

    "...Подавленные нуждой, налогами и отсутствием перспективы, иудеи влачили нищенское существование. Правда бедность не была общим уделом: состоятельные члены Общины сумели извлечь выгоду даже из трудностей. Не считаясь ни с чем, они продолжали обирать крестьян и наживаться путём ростовщичества. Многие земледельцы, будучи не в силах выплатить долги и подати, закладывали свои участки и даже продавали себя и родных в неволю. Каждый народ пополнял число рабов-должников.

    Не было ни закона, ни права, ни власти, которые могли бы защитить беднейшие слои иудеев. Увеличение же персами дани лишь побуждало алчных ростовщиков действовать ещё беспощаднее.

    Немало страдал народ и от соседей, которые численно превосходили его. Моавитяне, амонитяне, идумеи и жители филистимского побережья являлись постоянной угрозой Иерусалиму. Иудеи всё меньше чувствовали себя хозяевами на своей собственной земле.

    ...Одно время нашлись было смельчаки, решившие восстановить стены крепости, но осуществить свой замысел им не удалось. Подстрекаемые самарянским наместником, который хотел удержать власть над Егудом, персидские чиновники донесли царю, будто иудеи снова готовят мятеж, и тот запретил строительство. Явившиеся из Самарии отряды разрушили то, что было уже сделано, и сожгли все городские ворота..."

    Э. Светлов. "Вестники Царства Божия", с. 429-431.

    

    ...Однако религиозное и национальное чувство, воспламенённое в сердцах иудеев Эзрой, успело так глубоко их захватить, что оно не могло заглохнуть даже под тяжёлыми ударами Санвалата. Энтузиазм, вызванный Эзрой, заразил и таких иудеев, которые занимали в общине весьма скромное место и не пользовались в ней [полноценным] голосом. После разрушения Иерусалима некоторые из этих людей, глубоко потрясённые печальными событиями, обрушившимися на родину снова, отправились в Персию, чтобы там искать помощи. Они расчитывали на Нехемию, виночерпия царя Артаксеркса, один из родственников которого Ханания, был очевидцем разрушения Иерусалима.

    ...Нехемия при этом известии пришёл в ужас. Он был самым ярым ревнителем веры, ещё более, если это вообще возможно, ярым, чем сам Эзра. Иерусалим, священный и Богом покровительствуемый город, в его представлении был как бы окружён огненной стеной, к которой ни один враг не смел подойти, не будучи жестоко наказан. И вот он узнаёт, что эта святыня уничтожена и опозорена, как самый обыкновенный город. Нехемия не поддался, однако, охватившей его скорби. Это был человек необыкновенной силы воли и энергии. При персидском дворе он изучил искусство управлять людьми. Он тут же решил сам отправиться в Иерусалим и выручить Иудею из несчастного положения, в котором она опять очутилась...

    ...Когда, однажды, он подавал царской чете вино, Артаксеркс обратил внимание на его страдальческий вид и решил узнать, в чём дело. Нехемия решил немедленно воспользоваться представившимся случаем и сказал: "Как я могу хорошо выглядеть, если город, в котором покоится прах моих предков, разрушен и ворота его сожжены?" И тут же выразил желание отправиться в Иерусалим, чтобы придти на помощь своим единоверцам. Царь милостиво разрешил ему всё, он дозволил ему ехать в Иерусалим, восстановить его стены и собрать пришедшую в разброд иудейскую общину. Далее, он снабдил его рекомендательным письмом к сатрапам, велел выдать ему лес для построек, дал ему конвой и в заключении назначил его наместником (Pechah) Иудеи. Одно только условие царь поставил ему, - чтобы он недолго оставался на родине, и по истечении известного срока вернулся к его двору. Это условие могло только льстить Нехемии: оно доказывало, что царю трудно было расстаться с ним.

    Поездкой Нехемии открывается опять новая эпоха в истории иудейской общины или, вернее, она возобновляет и продолжает то движение, начало которого было положено Эзрой. В сопровождении большой свиты из родных, слуг и военного конвоя Нехемия оставил персидскую столицу Сузу. По прибытии в область Ливана, он предьявил местным властям царский указ о выдаче ему леса на постройки в Иерусалиме.

    Так как он при проезде через бывшую территорию десятиколенного царства предъявил тамошнему наместнику свои рекомендательные письма,то Санвалат с Товией узнали о цели его поездки и поняли, что на них идёт новый враг. Для них было весьма неприятным разочарованием то, что иудей, фаворит самого царя, назначен наместником и по всей вероятности выступит против них на защиту своих единоверцев.

    По прибытии в Иерусалим Нехемия три дня не объявлял о своём назначении. Он хотел раньше присмотреться к месту своей предстоящей деятельности и к лицам, с которыми ему придётся иметь дело. Обладая огромным богатством, он обставил своё пребывание в Иерусалиме с большой пышностью, принимал всех и каждого и приглашал всех к своему столу. Цель своего приезда он держал в такой тайне, что не сообщил о ней даже иудейским вельможам, не доверяя им. В одну ночь он тайно объехал город, чтобы осмотреть его полуразрушенные стены и составить план их исправления. На другой день он созвал старейшин Иерусалима и других городов и к немалому изумлению их, объявил им, что он назначен наместником Иудеи. Вместе с тем он заявил, что намерен восстановить городские стены, собрать и привести в порядок всю общину иудейскую и, по возможности, избавить её от того несчастья и позора, в которые она впала. Старейшины тут же изъявили готовность не только поддерживать его в его благих начинаниях, но и активно ему содействовать...

    Г. Грец. История евреев, том 3, с. 117-120.

    

    ...Работами по укреплению столицы руководил сам Нехемия.

    Там же, с. 121.

    

    ...По распоряжению Нехемии в город из сёл были собраны молодые иудеи; наместник разбил их на отряды, возглавляемые левитами, поставил каждый из них на особом участке строительства. Работа началась.

    Э. Светлов. "Вестники Царства Божия", с. 431.

    

    ...Работы шли не только медленно, но и с большими помехами. Нехемия с самого начала дал понять Санвалату и Товии, что им нечего расчитывать на воссоединение с иудеями.

    Г. Грец. История евреев, том 3, с. 121-122.

    

    ...Санвалат и его соучастники, однако, больше об открытом нападении не думали и вместо того возобновили свои прежние интриги. Против Нехемии опять было возбуждено обвинение в желании отложиться от Персии и провозгласить себя царём.

    Там же, с. 123.

    

    ...За деньги Санвалат находил среди иудеев изменников, которые настойчиво убеждали наместника бросить постройку ради его же собственной безопасности или пытались завлечь его в какую-нибудь ловушку. В этот крайне напряжённый момент выступило несколько новых пророков, и некоторые из них встали на сторону Санвалата, их подкупившего, против Нехемии. Сохранились имена двух таких пророков, Ноадии и Шемайи, сына Делаии.

    В то же время предводители соседних племён пытались войти в переговоры с Нехемией и посылали ему письма, в которых просили его о свидании. Старейшины иерусалимские, бывшие в дружбе с этими предводителями, вступили в оживлённую переписку с Товией. Но из недоверия и нежелания входить в какие бы то ни было сношения с полуизраильтянами, Нехемия отклонял любые переговоры...

    Там же, на той же стр.

    

    [К Нехемии обращаются измученные долговой каббалой иерусалимские бедняки] ...Когда вопли этих несчастных дошли до Нехемии, он решил потребовать у ростовщиков объяснений...

    ...Нехемия созвал большое собрание и обратился к нему с речью, в которой самым решительным образом осуждал бессердечность ростовщиков, строго осуждаемую самим законом.

    Авторитет Нехемии был так велик, а князья и богачи были ещё настолько чувствительны к напоминаниям правил Торы, что они тут же обещали Нехемии не только возвратить свободу всем, обращённым ими в рабство, но и вернуть должникам заложенное ими имущество, простить им их долги. Пользуясь благоприятным моментом Нехемия заставил их тут же дать клятву, что они исполнят своё обещание. Они поклялись и клятву свою сдержали.

    Там же, с. 124-125.

    

    Цитата...

    Продолжение...

    Источник...

[Далее... с указ. cтр.]

    

    Цитата...

    Продолжение...

    Источник...

[Далее... с указ. cтр.]

    

    [В Талмуде] …Осириса именуют Эзрой, его религиозные заслуги приравнены к Моисеевым. В Талмуде упомянуто альтернативное мнение о том, что Эзра не вернулся из Вавилона в Иерусалим, не желая оспаривать место первосвященника у восстановителя Храма Иисуса, сына Иоседекова.

    «Осирис» (статья в «Викиэнциклопедии).

Цит по: Интернет http://chronology.org.ru/newwiki/Осирис

    

    В Талмуде (Baba Bathra 15a) книги Ездры и Неемии рассматриваются как одна: "Ездра написал свою книгу". Это, однако, не означает, что Ездру считали и автором книги Неемии, поскольку в [том же] Талмуде (Гемара к Baba Bathra 15a) [читаем] ..."Но кто окончил ее?" Тут же дается ответ: "Неемия, сын Ахалиин". По-видимому, это замечание надо понимать в том смысле, что Неемия завершил эту работу, присовокупив к ней свою собственную…

    Цит по : Интернет http://www.blagovestnik.org/bible/jang/j15.htm

    

    Цитата...

    Продолжение...

    Источник...

[Далее... с указ. cтр.]

    

    Цитата...

    Продолжение...

    Источник...

[Далее... с указ. cтр.]

    

    

    

    ...название

    ...название

    

    

    

    

Продолжение следует.



    

    

    

    

    



     1. Э. Светлов (А. Мень) в книге "Вестники Царства Божия", с. 410, пишет, что Кир погиб во время похода в Среднюю Азию в 530 г. до н.э.

     2. Э. Светлов (А. Мень) в своей книге "Вестники Царства Божия" определяет царствование Артаксеркса I следующими датами: 465-425 гг. до н.э.

     3.

     4.

    

    

 



Сайт управляется системой uCoz
Яндекс.Метрика